Новости
10 ноября 2017, 20:25

ЗА ОБРАЗОВАНИЕ В РОССИИ СТОИТ ПРОЛИТЬ СЛЕЗУ. Учитель литературы: Я ухожу из школы, потому что не хочу участвовать в этом насилии и неуважении к человеку! Учитель истории: Неужели мы заготавливаем навоз для будущих поколений?

Я ухожу из школы, потому что не хочу участвовать в этом насилии и неуважении к человеку https://newsland.com/user/4297807604/content/ia-ukhozhu-iz-shkoly-potomu...

Учитель литературы — о том, почему он принял решение навсегда покинуть общеобразовательную школу

Учитель литературы в московской школе 2009 Артём Новиченков решил уволиться из школы и никогда туда не возвращаться. Почему он считает школу местом насилия и неуважения к человеку, он  рассказал  изданию «Афиша.Daily».

Новиченков также выступает методистом в проекте  «Учитель для России»  и преподаёт в НИУ ВШЭ. В общеобразовательной школе он проработал четыре неполных года и принял твёрдое решение уйти.

«Я ухожу из школы, потому что не хочу участвовать в этом насилии и неуважении к человеку. И открыто противостоять ему больше не желаю. А оно лезет из всех щелей: из туалетов с незакрывающимися кабинками и часто отсутствующей туалетной бумаги, из столовой с неаппетитным питанием, из перегруженного расписания, претензий по внешнему виду, хамства охранников и уборщиц, из портящей одежду мебели и незакрывающихся общих раздевалок. И главное, что моральное насилие и неуважение лежит в основе общения учителя с учеником», — объясняет Новиченков.

И дело не только в хамстве и бытовом дискомфорте, сама школьная система насильственна, уверен он. В этой системе надо играть по правилам, следовать ролям, «за некоторыми учениками роли троечник, отличница — закреплялись до выпуска». Если ты ученик, то чем ты «тише и прилежнее, тем проще продержаться». «Иерархия ясна: учитель-предметник — классный руководитель — завуч — директор», — объясняет Новиченков. Когда он сам был учеником, то для него школа была территорией страха. «Не повсеместного, конечно, ведь были и безопасные уроки, но абсолютно точно — ежедневного и неотступного, — уверяет он. — Даже в выходные дни я думал о школьных буднях, о правилах, об игре, в которую почти никто из нас не хотел играть, но играли, потому что не играть было страшно». Но когда Новиченков стал учителем, то решил, что сможет выбирать, следовать правилам или нет. «На деле оказалось иначе: админом игры я мог быть только на территории собственного урока», — признаётся он.

Он пытался побороть эту систему — отменил оценки для старшеклассников. «Оценка — это лишь карательный инструмент поощрения. Учитель использует её как инструмент манипуляции. И часто ставит оценку не за знания, а за следование правилам, а также согласно роли: троечник, середнячок, отличник», — уверяет Новиченков. Вместо оценок он ставил баллы, как в квесте. «За любые действия (прочитанная книга, сочинение, выученное стихотворение, рецензия на фильм) ученик получал баллы. Он сам выбирал, какие задания ему выполнять, а какие нет, понимал, как можно добрать баллы, а также знал, на каком уроке он может просто отдохнуть», — объясняет он. В журнале оценки ему приходилось выставлять номинально, в итоговых отметках он «выставлял то, что считал справедливым».

«На меня начали коситься некоторые учителя, — рассказывает Новиченков. — С тем, что я на переменах играю с детьми в настольный теннис или хожу в зал бросать мяч, они уже смирились. Отмена оценок и столбик наглых пятерок в электронном журнале, подозреваю, некоторым показались оскорбительными. Я нарушал правила. Даже не так — я предлагал альтернативные. Создавал конфликт. Многие перестали здороваться».

Сейчас он испытывает «глубокое чувство досады по поводу того, что современный облик общеобразовательных школ именно такой»: с хамством, незакрывающимися туалетами и набором фраз вроде: «Когда головой-то начнешь соображать?».

   Источник:   mel.fm Константин СеминПИСЬМА: «За образование в России стоит пролить слезу» http://narzur.ru/article/24438

Григорий, учитель истории, Екатеринбург

Неужели мы заготавливаем навоз для будущих поколений? – весьма удручающий вопрос для современного учителя. Но именно это беспокоит меня все больше и больше. Решил стать педагогом в 2008-м, когда во всех школах зарплаты резко рванули вверх и можно было сказать: «Ну наконец-то... Настали времена, когда жизненно важный труд людей, учивших нас 11 лет, будет цениться. А в сфере образования, как и во всех других, наконец-то начнется развитие».

За годы, проведенные в университете, то и дело слышал, что в школе все хорошо и мужчинам можно идти в школу, развивать методику преподавания, писать кандидатскую – двигать вперед отечественную педагогику. Амбиции были весьма наивны, а у кого из молодых не так? Чем больше учился в университете, читал, разбирался и планировал свою работу, тем тяжелее ложится на плечи груз проблем при работе в школе. Это подтвердит каждый педагог, который как через тернии к звездам пытается сквозь отчеты и бумажную волокиту, загруженность и отсутствие времени, и другие многочисленные испытания, посланные министерством, не просто сотрясать воздух в классе, а формировать личности в их уникальности и многосложном единстве. Ученому и грамотному человеку, гражданину страны все тяжелее и тяжелее жить и работать. Но как же так, вы спросите меня? Александр Васильевич Суворов же говорил солдатам: «Тяжело в учении, легко в бою». Что же нам палки в колеса вставляют и чего же, на самом деле, хотят?

Основное направление государства – это формирование классового общества. Действительно, выходя на улицу мы видим работающими не наших людей, а мигрантов: в маршрутках, с метлами, на стройках. Мигрантов, а не граждан нашей страны. Нет, нет никакого принципа или убеждения, что эту работу должны выполнять по расовому признаку. Но все же, что-то здесь не так. Один из крупнейших социологов Питирим Сорокин утверждал, что образование – это социальный лифт. У нас этот лифт работает. Он спускает вниз. Стоит только лишь поразиться несправедливости, когда пятилетку за пятилеткой работники сферы образования вынуждены участвовать в этом вовсе не экспертной оценкой, оставляя переучиваться бездельников и продвигая отличников.

На положение наших детей в обществе влияют вовсе не их способности и знания. К примеру, с 2009 введено натаскивание на ЕГЭ и ОГЭ – это спуск на целую страту, с 2012 повышение платы за обучение в вузах и сокращение бюджетных мест – еще одна страта вниз, с 2015 «оптимизация» бюджетных организаций – еще вниз. Скоро во все школы придет инклюзивное обучение при том, что у специалистов по педагогике был от силы семестр специальной педагогики по часу в неделю. Общество в нашей стране сортируется механически, игнорируя волю народа с его опытом и культурой.

Горько осознавать себя рядовым инструментом в расслаивании общества, не субъектом, а именно инструментом: учителя, директора школ, преподаватели вузов, экспертные комиссии прямо не участвуют в процессе наследования и передачи достояния государства. Мы мешаем сформировать низшие слои общества, заготавливать навоз для будущих поколений. Мы продолжаем сеять светлое, доброе, вечное, хотя созданы все условия, чтобы наши труды истлели и стали ресурсами чужих целей. Мы учителя, мы молчим, мы терпим – за образование в России стоит пролить слезу.

Константин Сёмин

 Ссылка на источник  
comments powered by HyperComments
Черкесск сегодня

Интересное












Евтушенко в моей жизни был всегда… Евтушенко в моей жизни был всегда…
http://monavista.ru/images/uploads/79b47d882a3689060ae4d57283ec8bbe.jpg
Письмо с моей фермы Письмо с моей фермы
http://monavista.ru/images/uploads/92eb5c9944f25688043feb2b9b01e0f2.jpg
Почему в России выросли продажи дорогих смартфонов Почему в России выросли продажи дорогих смартфонов
http://monavista.ru/images/uploads/08009197b894c4557dc9c7177e803f77.jpg